Алан Гринспен

Родился в 1926 году, на Вашингтон-Хейтс, в Нью-Йорке, в семье евреев-выходцев из Германии и Польши — Герберта Гринспена и Роуз Голдсмит. Его родители развелись вскоре после рождения. Отец, Герберт, переехал в Бруклин, а Алан остался с матерью Роуз. Алан стал воспитываться в большой семье из родственников матери (она была младшей из 5 братьев и сестёр) Голдсмитов. Дядя Алана Мюррей был пианистом и под именем Марио Силва принимал участие в создании бродвейского мюзикла Song of Love, по которому позже был поставлен одноимённый голливудский фильм с Кэтрин Хепбёрн и Полом Хенрейдом. Знакомство с ним возбудило интерес к музыке в Алане: он начал играть на кларнете. Также в детстве Алан увлекался арифметикой.

Алан Гринспен учился в George Washington High School с 1940 по 1943, где учился вместе с Джоном Кемени, который впоследствии стал помощником А. Эйнштейна и изобрёл язык BASIC вместе с Томасом Курцем. В этой школе в 1942 году Алан стал профессиональным музыкантом в группе из 6 человек под руководством Bill Sheiner. После окончания школы Алан прекратил обучение и продолжил зарабатывать на жизнь выступлениями.

Во время перерывов между выступлениями, Алан Гринспен выделялся тем, что читал книги совсем далёкие от музыки — например, о легендах Уолл-стрита Джесси Ливерморе и Дж. П. Моргане.

Осенью 1945 года поступил в «School of Commerce, Accounts and Finance» при Нью-Йоркском университете, где учился экономике. Там он в 1948 получил степень бакалавра. В 1950 получил степень магистра экономики. Он начал подготовку к PhD в Колумбийском университете, однако получил степень только в 1970-х.

В 1954 основал консалтинговую компанию «Таунсенд-Гринспен». Среди прочего предсказал спад в экономике США в 1958 году.

В 1974—1977 — Председатель Совета экономических консультантов при Президенте США.

В 1981—1983 — Председатель Национальной комиссии по реформе системы социального страхования.

С 1987 по 2006 был Председателем Совета управляющих ФРС.

Слово автора:

Ни один кризис не похож на другой, однако в основе каждого из них лежит одна и та же причина: в период процветания людям свойственно полагать, что благоприятная пора не иссякнет и продлится в еще более далекой перспективе.